Меню

Ночь любви в подарок

Подарки по знакам Зодиака

Давайте изучать своих любимых по знакам Зодиака с другой стороны – как их порадовать и угадать подарок, соответствующий вкусу и пристрастиям. Что подходит одному, может совершенно не понравиться другому. Недавно мне одна подруга от чистого сердца подарила пиджак, а я совершенно не люблю тряпочные подарки, потому что угодить мне практически невозможно. И совсем не из за капризности, просто я сама не знаю, может ли мне понравиться вещь, пока не увижу ее.

И вообще люблю «размахайки и распашончки», то есть такой романтический стиль. А тут довольно строгий пиджак. Подруга, конечно, расстроилась, чуть не плачет, выбирала подарок с любовью. Я упросила ее не обижаться, забрать с собой, поменять на что нибудь. А до нее вдруг дошло, что мне можно подарить, совершенно не переживая, понравится или нет, потому что этот подарок всегда будет в точку.

ОВНАМ подойдет различная техника и инструменты – от отверток до комнатных станочков. Подарок лучше всего завернуть в ярко красную бумагу или в красивую коробку. Женщинам Овнам понравится парфюмерия с запахами лимона, вереска и горьких трав. А в день Святого Валентина подарки нужны другие: мужчине Овну сувенир из сардоникса, который убережет его от опасности или несчастного случая, оградит от общения с нежелательными людьми; женщине Овну тоже парфюмерию, но с ароматом вербены, который убережет ее от ошибочных действий и излишней суетливости. А постель в этот день хорошо застелить красным бельем, которое возбудит страсть и уравновесит эмоции.

ТЕЛЬЦАМ можно преподнести бутылку дорогого вина или коньяка, что то сладенькое и, желательно, конверт с новенькими купюрами. Они любят все основательное. Женщинам Тельцам понравится косметика (не дешевая!) с ароматом фруктов и вербены. В День всех влюбленных ей тоже понравится косметика, но с ароматом жасмина, которая защитит ее от зависти подруг, напряжения и сглаза. Влюбленному Тельцу понравится сувенир из агата, который поможет рационально распределить силы и защитит от злословия и недоброжелателей. Ложе любви бирюзового цвета сохранит гармонию ваших интимных отношений и избавит от излишней нервозности. Хорошо, что сейчас найти постельное белье можно практически любого цвета!

БЛИЗНЕЦАМ можно угодить множеством мелких подарков: зажигалками, браслетами, бижутерией, часами, компакт дисками, книгами. Они любят все, что связано с получением новой информации. Из за двойственности характера женщины Близнецы любят различные духи, в состав которых входят травяные экстракты и можжевельник. В День влюбленных мужчине лучше всего подарить сувенир из авантюрина, который поможет ликвидировать эмоциональный дисбаланс, осуществить надежды и планы. А женщине – косметику с ароматом мирры, который оградит ее от необдуманного риска и ненужных действий. Желтая постель поможет надолго сохранить ваши сексуальные отношения, упрочить их, ликвидировать существовавшие ранее проблемы.

РАКАМ понравится все старинное, включая украшения для дома или безделушки. С признанием они примут и домашнюю кулинарию. Вещи только консервативного стиля. Женщинам Ракам понравится парфюмерия от нежно цветочного запаха до экзотически чувственного. В день Святого Валентина ей подарите косметику с ароматом лилии, которая поможет не зацикливаться на повседневных проблемах. Раку – сувенир из лунного камня, который поможет обрести уверенность в себе. Бежевая постель увеличит сексуальную активность и обострит любовные ощущения.

ЛЬВАМ важно не то, что дарят, а – как! Если вы забудете поздравить Льва, вы его очень обидите. Им понравятся подарки, которыми впоследствии можно похвастать перед другими. Например, галстуки или рубашки по самой последней моде. Женщинам Львицам понравятся духи со свежим озоновым запахом на основе водяных растений. В День влюбленных Львице пригодится косметика с ароматом можжевельника, которая убережет от раздражительности и придаст гармоничности. Льву подарите сувенир из хризолита, который убережет его от ненужных действий и поможет сохранить достигнутое ранее. Любовное ложе оранжевого цвета подарит вам незабываемую ночь любви и сохранит сексуальное возбуждение на длительное время.

ДЕВАМ понравятся подарки, которые поднимут их статус в собственных глазах. Это может быть техника или нужная книга. Женщинам понравится косметика с ненавязчивым ароматом цветов, трав или цитрусовых. В День влюбленных Деве больше подойдет парфюмерия с ароматом розы, что придаст ей уверенность в своих чарах. А мужчине Деве сувенир из горного хрусталя поможет сосредоточиться на чем то важном и обострит интуицию. В День влюбленных пусть ваша постель будет ослепительно белой, тогда вы сможете достичь полного раскрепощения во время любви.

ВЕСЫ – романтики, им понравятся цветы и сладости, вообще все, что только придет в голову, но – романтичное. Духи для женщины должны быть уравновешенными, а не провоцирующими. Аромат цитрусовых избавит от эмоциональной ранимости, восстановит энергетический баланс. А мужчине сувенир из лазурита поможет найти правильный выход из критической ситуации. Присутствие цвета морской волны в постельном белье поможет сохранить наслаждение интимными чувствами.

СКОРПИОНЫ будут довольны подарком, который можно развернуть потом: никто не должен знать, что ему подарили. Им нравится все таинственное и значительное – от экзотических кораллов до статуэтки из Индии. Но можно подарить им и просто практическую вещь, необходимую для дома. Женщинам понравятся запахи, создающие ореол таинственности и недосягаемости, провоцирующие чувственность. В День всех влюбленных вы можете обрадовать любимого сувениром из турмалина, который поможет ему избежать критической ситуации. А любимая оценит парфюмерию с запахом мяты, которая убережет ее от неконтролируемых эмоций и умерит вспыльчивость. Ложе любви пурпурного цвета сохранит обостренную чувственность во время интима и сделает отношения привлекательными и продолжительными.

СТРЕЛЬЦАМ подойдут различные подарки с экзотическим и романтическим оттенком. Картины с видами дальних стран, книги по философии и магии, новейшие фотоаппараты и подзорные трубы. А самый лучший подарок – туристическая путевка куда нибудь подальше. Аромат духов для женщины Стрельца должен включать пряности восточного базара фруктово цветочных оттенков, а также с запахом благородного дерева. Например, сандалового. В день Святого Валентина подарите любимому сувенир из граната, который поможет ему увереннее двигаться к намеченной цели. А женщине парфюм с ароматом лаванды поможет избавиться от свойственного ей частого перевозбуждения. Черная постель поможет осуществить самые необычные и внезапные сексуальные желания и мечты.

КОЗЕРОГИ любят то, что выглядит дорого. Например, письменный прибор с дарственной надписью. Они любят все престижное, но строгое и сохраняющееся на долгое время. Подарок должен быть и красивым, и практичным. Духи для дамы также предпочтительны из классических ароматов. Влюбленному Козерогу сувенир из хризопраза поможет избавиться от замкнутости, расширит круг его знакомых, поможет выявить скрытые возможности. А даме стоит подарить в День всех влюбленных парфюмерию с запахом кипариса – у нее повысится настроение и восстановится внутренняя гармония. Ложе любви лучше всего украсить бельем коричневого цвета, что поможет сохранить активность и размеренность в сексуальной жизни.

ВОДОЛЕЯМ следует дарить все самое новое, оригинальное, авангардное и необычное. Это может быть суперсовременная бытовая техника, новейший мобильник. Счастью не будет предела, если ваш подарок они могут показать другим. Духи для дамы тоже должны обладать неожиданным и запоминающимся ароматом, в частности, запахом цитрусовых или хвоща. Сувенир из обсидиана умерит эгоизм и самолюбование вашего друга, поможет избавиться от ненужного и наносного в характере. А набор косметики с ароматом гвоздики оградит вашу подругу от резких перепадов настроения. Ложе любви должно быть белым, что поможет поддерживать продолжительные интимные контакты и избежать скоропалительных решений.

РЫБАМ нравятся подарки, которые дают пищу для воображения. Грубое, громкое, очевидное им не подходит. Рыбы любят все натуральное. Мистическая литература тоже может доставить им удовольствие. Записи классической музыки – тоже. Духи и ароматы им нравятся оригинальные, пряные и нежные цветочные. Сувенир из аквамарина поможет защитить вашего любимого человека от тайных врагов, нежелательных обстоятельств, прибавит решимости. А ароматы мирта для женщины Рыбы помогут избежать уныния и тоски. Неплох и хвойный аромат. Постель для любви должна быть лилового цвета. Этот цвет поможет вам сохранить связь, избавит от присущих Рыбам сексуальных причуд, от безразличия и недоверия.

Просто анекдоты о подарках

— Мой муж совсем не помнит дату нашей свадьбы.
— Да, обидно.
— Вовсе нет! Я напоминаю ему об этом один раз весной, второй раз осенью, и получаю подарки дважды в год.

— Если я не ошибаюсь, завтра у твоего мужа день рождения? Какой подарок ты ему приготовила?
— Ума не приложу, что ему купить. У него уже есть все, что мне нужно.

В кондитерской раздается телефонный звонок.
— Алло, это говорит Джонс. Примите заказ на именинный торт для моей жены.
— Сколько должно быть свечек?
— Ну, вы же знаете: двадцать девять, как всегда.

— Что ты подарила мужу на Рождество?
— Голубую норку.
— А он тебе?
— Рыболовные снасти.

— Милый, а где же подарок?
— Дорогая, я подарю тебе ночь любви!
— А если я не хочу?
— Останешься, дура, без подарка!

Мимо поста ГАИ, вихляя и болтаясь из стороны в сторону, пытается проехать грузин на большой черной «Волге». Постовой его останавливает, требует права и начинает их тщательно рассматривать.
— Где права взял? Купил?
Грузин (обиженно):
— Почему, если грузин, так сразу купил. На день рожденья подарили.

Встречаются два НР.
— А я вчера Коляну на день рождения «запорожец» подарил.
— Дааа. Ну ты его сделал.

Один грузин говорит другому:
— Мнэ папа машину падариль!
— Какой цвэт?
— Восход солнца видель?
— Да.
— Точно такой, только зеленый.

Дождь, шоссе, в кустах — гаишник. По шоссе едет «запорожец» и виляет из стороны в сторону. Гаишник его тормозит.
— Стой! Дыши в трубку! — Водитель «запорожца» подышал — ничего, даже не пахнет.
Гаишник:
— Как так? Ведь я видел, как ты вилял по шоссе.
— Да понимаешь, зять на день рожденья подарил мне дворники от КАМАЗа.

— Вовочка! — строго говорит мать. — Ты почему вчера не был в школе?
— А я подарок учительнице делал.
— Какой подарок?
— А у нее вчера был день рождения. Вот я и решил — пусть отдохнет без меня.

— Мы объявили нашу помолвку недействительной, так как мое отношение к Чарли изменилось.
— Но ты по-прежнему носишь кольцо, которое он тебе подарил.
— К кольцу у меня отношение не изменилось.

Подходит 8 Марта, мужики в отделе думают, что подарить своим двум секретаршам.
Начальник говорит:
— Лучший подарок — это книга. Надо им подарить что-нибудь полезное для их развития. К примеру, наша Танечка — она же грамотно двух слов не напишет, так подарим ей красивый большой словарь. Ну и Аллочке про что-нибудь, в чем она ни бум-бум. И им будет приятно, да и нам чтоб было полезно.
— Поняли, шеф, будет сделано, — говорят мужики.
На следующий день приходят, сообщают, мол, все в порядке. Купили Танечке словарь.
— Ну и отлично. Это всем нам пригодится. И Аллочке в том же ключе?
— Ну да. Для ликвидации неграмотности.
— Что, тоже словарь?
— Зачем словарь? Кама-Сутру.

Приходит новый русский в художественный магазин. Очень долго выбирает картину. Наконец, останавливает свой выбор на самой дорогой, расплачивается с продавцом и звонит другу:
— Здорово! Ребята, открытку я купил. Подарок за вами!

Бродяга:
— Нет ли у вас, мадам, кусочка торта для бедняка, который не ел ни крошки вот уже два дня?
Хозяйка:
— Торта? А разве хлеб тебе не подойдет?
— Обычно да, мадам, но сегодня у меня день рождения.

Время завтрака. Жена мужу:
— Уверена, что ты забыл, какой день сегодня?
— Глупости, я прекрасно помню, какой сегодня день, — ответил муж и ушел на работу.

В 10:30 раздался входной звонок. Когда жена открыла дверь, то увидела возле порога большой букет красных роз.

В 13:00 снова раздался звонок. На этот раз это была коробка ее любимого бельгийского шоколада.

В 15:00 это было шикарное, дизайновское платье.

Жена еле дождалась мужа:
— О! Дорогой! Сначала цветы, потом шоколад, потом платье! Это самый счастливый День Воздушно-Десантных Войск в моей жизни

— Замечательный подарок сделал телезрителям канал ОРТ. На целый день отменен показ рекламы. Спонсор отмены — фирма «Дося».

— Даже не знаю, какой подарок приготовить своей жене ко дню ее рождения, чтобы он был не слишком дорогим и чтобы одновременно ее обрадовал.
— Hапиши ей любовное анонимное письмо

В магазине девушка ищет подарок для своего жениха. Продавщица, стараясь помочь, спрашивает:
— А чем занимается ваш друг?
— Он писатель.
— Тогда подарите ему эту корзину для мусора.

— Я подарил жене на рождество книгу «Как экономить деньги».
— Ну, и как у нее это получается?
— Говорит, что нормально. Я бросил курить и похудел на шесть кило.

Два мужика разговаривают:
— Ты знаешь, подарил дочери скрипку — думал, в музыкальную школу пойдет, играть научится. Нет, ничего не произошло — так и лежит инструмент, пылится!
— Хе-хе! У меня та же история: подарил теще чемодан.

— Дорогой сегодня мне приснилось, что ты подарил мне на день рождения жемчужное ожерелье. Что бы это значило, ведь завтра мой день рождения?
— Завтра ты узнаешь, милая.
И на следующий день он подарил ей сонник.

Приходит Вовочка в школу. Петечке рассказывает:
— А у меня вчера день рождения был!
— Во класс!
— Подарков мне папашка надарил!
— И че подарил-то?
— Да как всегда!
— А всегда че дарит?
— Футбольный мяч и рогатку.
— Во класс! А кем твой папашка работает?
— Стекольщиком!

Друзья обсуждают подарок:
— Подарим бритву.
— Hет бритва у него уже есть.
— Тогда фотоаппарат.
— Hет это у него тоже есть.
И так далее. Hедоумевают: все у него есть. Тут видят плакат: КHИГА — ЛУЧШИЙ ПОДАРОК.
— О! Подарим книгу!
— Hет, — безнадежно отвечает второй. — Книга у него тоже есть.

Плакат в витрине цветочного магазина: «Курение и забывание дня рождения жены крайне опасно для здоровья».

Подарки на 23-е февраля — это инвестиции в подарки на 8-е марта.

Какой лучший подарок мужчине на 23 февраля?
— Выходной 24-го.

Художник дарит цветы скрипачке:
— Смотри, как пахнет!
— Да, я слышу.

— Хочешь, я подарю тебе на день рождения портмоне? Или зажим для денег?
— Зажим для денег у меня уже есть. Знакомься: моя жена — Катя.

Дед Мороз, уже хорошенький, приходит по очередному вызову:
— Чтобы ты хотел, милый мальчик, в подарок?

Ребенок, ни слова не говоря, бьет Деда Мороза.

— Мальчик, за что?
— За прошлый год.

— Зачем ты подарил жене такой дорогой сервиз?
— Как зачем? Теперь она меня близко не подпускает к мойке!

— У тебя вчера был день рождения? Что тебе подарили?
— Видишь, во дворе стоит бирюзовый «Мерс»?
— Вот это да! Классная тачка!
— Вот точно такого же цвета кепку.

Отец, собираясь в дальнюю дорогу:
— Что привести вам, дочери мои?
— Мне, папа, привези платье.
— А мне бусы.
— А мне чудовище. Страшное, ужасное…
— .
— Ладно… Пойдем долгим путем. Привези мне, папенька, цветочек аленький.

— Вова, убери своих солдатиков, а то их на полу кто-нибудь раздавит!
— Папа, а давай я их тебе подарю.
— Ну, подари.
— Подарил. А теперь, папа, иди и убери своих солдатиков, а то их на полу кто-нибудь раздавит.

Дочь говорит маме:
— Я сегодня в автобусе наступила одной тете на ногу. Потом я извинилась, и она подарила мне плюшевого зайца.
— Ты ее поблагодарила?
— Нет. Я наступила ей на другую ногу.

— Знаешь, я, наверное, гений!
— С чего ты взял?
— Мне подарили конструктор, и я собрал его всего за месяц! А на коробке было написано: «От 3 до 5 лет».

Вовочка пригласил одноклассника на день рождения и объясняет, как до него добраться.
— Мой дом напротив магазина «Мебель». Заходишь во второй подъезд, подходишь к квартире номер пять и носом нажимаешь на звонок.
— А почему носом?!
— Так в руках же у тебя подарки будут.

Папа братьев Кличко очень хотел, чтобы его сыновья стали боксерами, поэтому, когда те были маленькими, дарил им на день рождения одну игрушку на двоих.

Ночь любви в подарок

Секс-сценарии для незабываемой ночи

Думаешь, незабываемая ночь – это пресловутое сочетание вина, свечей, клубники со сливками и лепестков розы рассыпанных на кровати? Забудь! Этот классический сценарий давно устарел и приелся.

Возможно, такая ночь будет очень романтичной. Однако вряд ли она станет по-настоящему незабываемой! Для того, чтобы ночь любви запомнилась вам обоим на всю жизнь, придется придумать кое-что куда более захватывающее и безумное!

Способ № 1. Яблоко раздора

Ты удивишься, но страсть угасает вовсе не от того, что вы давно знакомы или долго встречаетесь! На самом деле страсть угасает по двум причинам.

Первая – ваша общая усталость. В конце концов, в современном мире мы существуем в безумном ритме, и наша жизнь несется на такой скорости, что сил на страстную любовь уже не остается.

Вторая причина угасания страсти в том, что со временем у влюбленных скапливается друг к другу слишком много претензий. Вы так привыкаете попрекать друг друга по мелочам, что уже и не помните, в чем заключалось первоначальное яблоко раздора. Однако это самое яблоко раздора всегда можно превратить в плод любви!

Для этого устройте друг другу Ночь Признаний. Лягте в уютную кровать или наполните ароматную ванную. Смысл этой ночи не в том, чтобы заняться сексом, а в том, чтобы восстановить силы и энергию, а также максимально раскрыться друг для друга!

Постарайтесь отказаться от алкоголя: вопреки расхожему мнению пьяная откровенность ничуть не улучшит ваши отношения (а может и вовсе все испортить). Начните общаться. Сначала это может показаться непривычным, но за ночь вы оба войдете во вкус.

Задайте друг другу пять вопросов, которые стеснялись задать раньше.

Расскажите друг другу пять своих самых сокровенных эротических фантазий.

-Назовите пять вещей, которые вас возбуждают друг в друге больше всего.

  • Откройте друг другу пять тайн, которые вы раньше никому не доверяли.

Ночь признаний поможет вам достичь небывалой близости. Вы никогда не забудете ночь, во время которой вы по-настоящему узнали друг друга!

Способ № 2. Запретный плод сладок

Наверное, каждый из нас в детстве хотя бы раз лазил в соседский сад за яблоками. И дело не в том, что наши родители не покупали нам фруктов: просто яблоки, сорванные украдкой в соседском саду, всегда казались самыми сладкими и вкусными.

Запретный плод сладок. Мы все это знаем, но редко используем это знание, чтобы разнообразить нашу сексуальную жизнь. Еще один гарантированный способ сделать ночь любви незабываемой – попробовать нечто такое, что ты всегда себе запрещала. У нас у всех есть свои границы дозволенного. Но порой нарушать эти границы – необычайно приятно и даже полезно.

Попробуйте вместе нечто новое. Воплоти в жизнь свою безумную мечту. Чтобы опыт был гарантировано приятным, ты должна сделать то, что в глубине души очень хочешь сделать (но при этом до сих пор не позволяла себе этого в силу воспитания, предрассудков, страхов и т.д.).

Еще один вариант – осуществить Его заветную сексуальную фантазию. Ведь если у вас уже была ночь признаний, ты наверняка знаешь, о чем мечтает твой любимый. Так что смелее: ночь, когда вы оба вкусите свой самый сладкий запретный плод, наверняка останется в вашей памяти надолго, а может и навсегда!

Способ № 3. Секс на публике

Да, да! Ночь, проведенная в своей постели – это, конечно, хорошо! Но таких ночей в твоей жизни было и будет очень много. Так что вряд ли ты запомнишь ваш очередной секс в привычном интерьере спальни. А вот отважившись на необычный секс в людном месте, вы наверняка обретете незабываемый опыт.

Смотрите так же:  Подарок для директора прикольные

Если вы молоды и влюблены, помните, что ночь создана не только для сна. Отправьтесь на вечеринку, в ночной клуб, на рок-концерт, на соревнования по стрит-рейсингу или на музыкальный фестиваль под открытым небом.

Отправьтесь туда, где много людей (в идеале молодых, сексуальных и настроенных на приключение). Секрет в том, что драйв толпы обычно передается по цепной реакции. Как ни странно, но в людных местах завестись бывает куда проще, чем наедине друг с другом. Неважно, будет ли у вас секс в публичном месте или же вы просто наберетесь адреналина и впечатлений – ваша страсть от такого приключения разгорится с новой силой. И вы еще долго будете вспоминать эту ночь.

Способ № 4. Ночная ретроспектива

Мы привыкли считать себя секс-революционерами: самыми свободными, самыми раскованными и самыми продвинутыми в вопросах интима. Однако, если хорошенько вспомнить историю, станет ясно, что мы далеко не первые начали смело экспериментировать и получать удовольствие от секса.

В чем-то наши предки были куда более открыты для нестандартного секса, чем мы. Достаточно лишь вспомнить пикантные мифы Древней Греции, эротичную культуру Древнего Востока, свободолюбивые нравы эпохи Возрождения и т.д.

Попробуйте устроить ночь любви в стиле ретро. Не важно, какую эпоху вы изберете. Можно предстать перед любимым в образе восточной наложницы или греческой смоковницы, можно нарядиться в стиле секс-символа эпохи Золотого Голливуда или и вовсе предстать в костюме Евы, вкусившей райское яблоко. В любом случае нестандартный антураж поможет вам сделать ваш секс не таким как обычно. С помощью полуисторических-полуэротических фантазий на тему прошлых эпох вы сможете нарушить обыденность вашей интимной жизни и выйти из привычной колеи.

* НОЧЬ ЛЮБВИ
Сейчас я скажу вещь неприличную, но тут в общем-то все свои: именно Новый год по длительности и интенсивности предвкушения, пышности, краткости события и мрачности послевкусия больше всего похож вот на это самое, о чем ты подумала. А если ты так сосредоточена на финансах или здоровье, что подумала о другом, так я открытым текстом скажу: Новый год похож на половой акт. Долго предвкушаешь, готовишься, потом салют, фейерверк, крики, потом отходняк и мысли о вечном. И отношение к этому празднику у мужчин и женщин соответствующее: он радуется и бурно действует до, а она — после.
Ни для кого не секрет, что период подготовки к Новому году (как и к известному акту) — едва ли не самое радостное, что бывает вообще. А вот потом наступает долгая, специально изучаемая психиатрами новогодняя депрессия. Перефразируя Лукреция, всякая тварь грустна после Нового года. Еще несколько месяцев проводили в вечность, ничего грандиозного по большей части не сделали, великие планы не сбылись, а если сбылись — не так, как ожидалось, и кто — кроме детей — способен всерьез ликовать по поводу подарков, тоже всегда немного не тех?
Разумеется, процесс подготовки к празднику сам по себе гипнотичен, он заставляет забыть о его смысле и последствиях. Поэтому мужчина, как и положено пассионарию, больше всего любит процесс этой подготовки. Пассионарий ведь как действует? В точности как Наполеон и Ленин, у которых был общий любимый афоризм: ввяжемся в сражение (“драчку”, говорил Ильич), а там посмотрим. Для мужчины Новый год — как новая женщина: обязательно будет что-то небывалое. Вроде мы и представляем примерно, что нас ожидает, а все-таки верим, что уж на этот-то раз. Начинается (еще за месяц) бурный процесс выбора подарков, елки, долгие планы, к кому на этот раз поедем или что устроим себе сами: можно к Сидоровым на дачу, а можно к себе, а то еще давайте все в лес и там прыгнем через костер! Кстати, и в любви большинство мужчин почему-то уверено, что от выбора места для “первого раза” очень многое зависит: в лесу, на крыше или на даче у Сидоровых все будет совершенно иначе, как будто анатомия так уж зависит от декораций. Для Нового года закупается тьма совершенно ненужных принадлежностей, производящих, однако, очень много грохота: петарды, от которых все окрестные машины воют сиренами, а собаки бросаются под диван; летающие китайские фонарики, нередко застревающие в проводах; разнообразные огненные чудеса, которые в снегу чаще всего не взрываются, а если взрываются, то в руках у несчастного владельца, подошедшего посмотреть, почему не бабахает. Успех в любви тоже нередко обставляется громом и молниями, о чем еще Пушкин оставил нам прелестный анекдот. “Во время похода на Очаков Потемкин ухаживал за княжной Е.Ф.Долгоруковой. Наконец, он добился свидания с ней наедине в своей ставке. В решительный момент он дернул за звонок, и пушки вокруг лагеря заговорили. Князь В.В. Долгоруков (генерал-поручик), муж этой ветреницы, был в курсе событий и, услышав стрельбу, заметил: “Экое кири-куку!”. Ну вот, Новый год встречен, экое кири-куку! И тут наступает тот печальный момент, о котором все мужчины знают, но говорить не любят: за какую-то секунду мы вдруг перестаем понимать, из-за чего столько бесновались и на что так надеялись, и с кем это мы вообще тут лежим у Сидоровых.
У женщин все обстоит несколько иначе: для них подготовка к Новому году ни фига не праздник, если, конечно, их не обслуживает штат прислуги. А впрочем, с прислугой еще хуже — она ведь ничего не умеет, никто ничего не понимает, все приходится самой. Надо организовать стол, чтобы не хуже, чем у Сидоровых (а если вы Сидоровы, позвавшие всех любоваться свежеоструганной дачей, так у Ивановых). Надо все приготовить, накрыть, расставить, зажечь, застегнуть, намазать, выстирать, развесить, раздать, подмести, разложить (под елкой), выставить (детей до главного момента), запудрить, застирать, рассадить, чокнуться во всех решительно смыслах — и только после этого расслабиться и отдыхать, потому что главное сделано. Потому что он все-таки пришел (Новый год), и теперь мы с чистой совестью можем целых десять дней пребывать в нирване.
Некоторые из мужчин, кто не сразу отворачивается и засыпает после того как, замечали эту удивительную перемену, по-своему не менее загадочную, чем наше внезапное охлаждение и разочарование. Женщина, которая сначала проявляла неудовольствие, потом любопытство, потом все нарастающий интерес, а потом, как у того же Пушкина, делила наконец наш пламень поневоле, вдруг глядит с каким— то довольным, словно только что покушавшим видом. В ней появляется внезапный покой, пресыщенность и как бы тихая радость обладания. Она нас поймала, она получила требуемое, более того, мы теперь ее собственность. Это изумительный психологический парадокс: когда нам случается добиться долго желаемой, уговариваемой и вот наконец соблазненной красавицы, настоящее удовлетворение испытываем не мы, смущенные и отчасти разочарованные, а она. Все заметил Шекспир, неизменно циничный и жестокий: “Женщина одерживает верх, едва мужчина оказывается сверху”. Она теперь победитель, и если мы после соития грустны и задумчивы, то она как раз может расслабиться и мысленно подсчитать подарки.
и еще.
* Послесловие
После Нового года, вне зависимости от того, едете ли вы сразу с заснеженной дачи на Бали или ежедневно ходите с детьми на лыжах, лихорадочная деятельность мужчины замирает. Нередко случается, он задумывается — и тут-то ему становится ясно, что год прошел, ничего нового не будет, впереди несколько пустых дней плюс выход на работу, вообще непонятно было, зачем он так долго неистовствовал и чего добился. Женщина же свободно и даже радостно начинает новый круг жизни — цикличность ей привычна. Можно много спать, никуда не торопиться. Мужчина ведь тем и отличается, что, когда он бездействует, ему кажется, что жизнь проходит зря. А женщина уже понимает, что это самое возвышенное и достойное состояние: делая, только повредишь. А вот созерцая, отсыпаясь или играя с детьми, мы улучшаем собственную душу — есть ли на свете занятие более осмысленное? Можно заняться собой: мужчина, вечно направленный вовне, этого не умеет. И потому новогодние каникулы — самое женское время, хорошо это знаю по себе. Я постоянно томлюсь, любое занятие кажется мне недостаточно новым, все недостойно Нового года. Жена же спит, ходит в гости к подругам, ездит с сыном в кино на мультфильмы и семейные комедии, и вообще ей больше всего нравится просто лежать и думать. Не исключено, что именно эти ее размышления еще и поддерживают мир в равновесии. Не то такие, как я, давно бы его опрокинули.
Дм.Быков

Дмитрий Львович Быков

Мао слушает нас?
рубрика «Человек-легенда»

Если признать Китай наиболее перспективной силой сегодняшнего мира, придется согласиться, что самым влиятельным китайцем прошлого века был Мао Цзэдун (1893–1976). В его феномене разбирается лучший публицист современности Дмитрий Быков.

Он родился, как положено вождю и пассионарию, в декабре (26-го). Подробности его детства и юности опустим, поскольку попросту не хватит места — а его кумир Сталин, запрещая пьесу «Батум», заметил: «Все молодые революционеры одинаковы». Достаточно сказать, что Мао Цзэдун был сыном разбогатевшего крестьянина, любил мать больше отца, хотя упрямым нравом был в него; он отличался необычным для тех мест высоким ростом (177 см), ненавистью к физическому труду и страстью к чтению. Пройдя через интерес к кантианству и анархизму, к 1920 году он стал убеждённым марксистом и принял участие в Первом съезде китайской компартии (1921).

Что представлял собой Китай в это время? В 1911 году пала династия Цин, в начале 1912-го шестилетнего императора Пу И заставили отречься от престола, и с этого момента страна находилась в состоянии перманентной гражданской войны. К власти пришла партия Гоминьдан, созданная великим борцом за независимость и объединение Китая Сунь Ятсеном (посмертно он получил титул «отца нации»). Коммунисты то блокировались с Гоминьданом (чаще всего по приказам из СССР, ибо в китайскую социалистическую революцию там не верили), то вступали с ним в отчаянную борьбу. Вдобавок сама китайская компартия постоянно раскалывалась по теоретическим вопросам — выходило, что в Китае нет предпосылок для пролетарской революции, поскольку не хватает пролетариата.

В середине двадцатых китайская компартия оказалась в очередном серьёзном кризисе, а сам Мао потерял жену, Ян Кайхуэй, которую схватили и казнили в 1930-м. (Гоминьдан в случае отречения от коммунистических идей предлагал политическим противникам жизнь и даже трудоустройство, но жена Мао отречься не пожелала и была расстреляна на глазах восьмилетнего сына.) На смерть жены Мао написал стихотворение:

Я потерял свой гордый тополь,

А вы лишились своей ивы.

Пушинки тополя и ивы

Взлетели вверх — к высотам неба.

У Ган навстречу душам вышел.

«Чем встретишь нас?» — они спросили.

У Ган приветил их напитком

С коричным сладким ароматом.

(У Ган — персонаж китайских мифов, китайский Сизиф, приговорённый вечно рубить коричное дерево, растущее на Луне.)

К моменту гибели жены Мао уже имел отношения с партизанкой Хэ Цзычжэнь.

МУЧИТЕЛЬНОЕ РОЖДЕНИЕ КНР

В 1931 году в Центральном Китае возникает Китайская Советская Республика — это 10 районов, контролируемых китайской Красной армией. Её возглавил Совет народных комиссаров, которым руководил Мао Цзэдун. В 1934 году силы командующего Китайской национальной революционной армией и лидера Гоминьдана Чан Кайши окружают Советскую Республику, и китайская компартия решает уйти из окружения на север, прорвав четыре линии чанкайшистов. Начинается так называемый Великий поход на север, в ходе которого китайская Красная армия теряет почти 90 процентов личного состава. Мао удаётся закрепиться в районе Яньань, который контролируется коммунистами. Тут развязывается японо-китайская война, в которой коммунисты по требованию Коминтерна в очередной раз блокируются с правящей партией Гоминьдан, чтобы совместно противостоять Японии.

В 1945 году Япония разгромлена совместными действиями СССР и США. Война опять превращается в гражданскую, и Мао, проведший в партии решительную чистку под лозунгом «упорядочивания», постепенно сосредотачивает власть в своих руках. Коммунисты воюют успешней, нежели Чан Кайши, который, несмотря на звание генералиссимуса, особенной доблестью не отличался. 1 октября 1949 года Мао Цзэдун на главной площади Пекина — Тяньаньмэнь — провозглашает Китайскую Народную Республику и становится во главе её. С этого начинается его почти тридцатилетняя абсолютная власть.

НА СОДЕРЖАНИИ У СТАЛИНА

В первое десятилетие истории КНР Советский Союз помогал республике весьма активно, советские специалисты ехали в Китай потоком, китайское студенчество наводняло московские вузы, а песня Мурадели и Вершинина «Москва — Пекин» сделалась гимном этой дружбы. Слова «Сталин и Мао слушают нас» — оттуда. В Москве строится самое большое в мире посольство — китайское, занимающее четыре квартала на юго-западе. После смерти Сталина в Китае предпринимают попытку собственной либерализации — до сих пор спорят о том, пытался ли Мао с азиатской хитростью выявить потенциальных оппонентов или действительно хотел, чтобы «расцветали сто цветов и соперничали сто школ». Как только цветы зацвели и руководство КПК начали критиковать за диктатуру, Мао свернул кампанию и начал новую — на этот раз против правых уклонистов. Репрессированы были более полумиллиона китайцев.

Отношения с СССР вскоре портятся. Официальная версия сводится к тому, что Мао не одобрил разоблачения культа личности, заявив, что СССР вступил на ревизионистский путь; правда, думается, была неприглядней — Мао и к Сталину относился без восторга, поскольку рано понял, что в победе китайской компартии Советский Союз отнюдь не заинтересован. Сталина вполне устраивал Гоминьдан.

«Судьба китайской компартии его не сильно заботила: партия была нужна ему главным образом как инструмент в глобальной политике», — замечает в биографии Мао китаист А.Панцов. Но Сталина Мао боялся, да вдобавок до самой победы в гражданской войне компартия была у СССР, прямо говоря, на содержании. В декабре 1949-го — январе 1950-го Мао впервые посетил СССР: как ни странно, он был единственным из руководителей КПК, ни разу не бывавших в Москве. В шутку он жаловался, что ВКП(б) ему не доверяет, считает националистом и правым оппортунистом. 16 декабря 1949 года Мао прибыл в Москву (его встречали Булганин и Молотов) и был поселён на сталинской даче в Усово. Несмотря на постоянные заверения в китайской благорасположенности к СССР, Мао, по свидетельствам очевидцев, постоянно напоминал Сталину, что царская Россия вела в отношении Китая политику захватническую и что сам он настаивает на равных отношениях. (По дороге, как вспоминал его советник Чэнь Бода, Мао повторял, что земли вокруг Байкала — территория Северного Китая).

В 1957 году — это был его второй и последний заграничный визит за всю жизнь — он посетил Москву уже на самолёте и с Хрущёвым разговаривал подчёркнуто высокомерно, иногда попросту издеваясь над ним. Вскоре после этого визита началась прямая антисоветская риторика, разговоры о том, что СССР никогда не желал добра Китаю, присылал некачественную помощь, давно ушёл с социалистического пути. Пиком противостояния стал инцидент на Даманском полуострове (март 1969 года), когда СССР впервые применил реактивные системы залпового огня «Град». Есть публикации о том, что готовился ядерный удар по Китаю, который якобы не состоялся только из-за прокитайской позиции Никсона, — но эти сведения остаются неподтверждёнными.

Факт то, что Советский Союз — и его вожди, и интеллигенция — рассматривал китайскую опасность как первоочередную. Страх перед войной с Китаем жил в нескольких поколениях советских детей, и сообщения о технической отсталости Китая никого не утешали. В «Письме вождям Советского Союза» Солженицын писал:

«Два удивительных провала: среди всех успехов мы сами вырастили себе двух лютых врагов, прошлой войны и будущей войны, — германский вермахт и теперь маоцзэдуновский Китай. Против нас — почти МИЛЛИАРДНАЯ страна, какая не выступала ни в одной войне мировой истории. Её население, очевидно, ещё не успело с 1949 года утерять своего исконного высочайшего трудолюбия — выше нашего сегодняшнего, своего упорства, покорности, и находится в верном захвате тоталитарной системы, нисколько не упустительнее нашей. Если в 1-й мировой войне Россия потеряла до полутора миллионов человек, а во 2-й (по данным Хрущёва) — 20 миллионов, то война с Китаем никак не обойдётся нам дешевле 60 миллионов голов, — и, как всегда в войнах, лучших голов, все лучшие, нравственно высшие, обязательно погибают там. Если говорить о русском народе — будет истреблён последний наш корень (…)».

Дальше там идут довольно странные советы, но прогноз насчёт территориального конфликта и соответствующего давления оказался, кажется, реален, несмотря на иллюзии нынешней дружбы (скорее, конечно, нейтралитета).

КЛОПЫ ВМЕСТО ВОРОБЬЁВ

С 1958 года в Китае начинается политика «Большого скачка». Ей предшествовали четыре кампании по истреблению вредителей — слава Богу, не репрессивные: речь шла о вредителях зерна — крысах и воробьях — и о вредных насекомых, а именно мухах и комарах. Борьба с воробьями стала поводом для столь же многочисленных советских карикатур и анекдотов, как хрущёвское насаждение кукурузы; одновременно проводилась усиленная коллективизация — объединение крестьян в коммуны, где коллективно трудились и коллективно питались в специальных столовых.

Одновременно с коллективизацией решалась проблема индустриализации — крестьяне должны были обогнать Запад по выплавке стали, в каковых целях на задних дворах крестьянских хозяйств сооружались плавильные печи. Разумеется, никакого рывка с выплавкой стали не получилось, истребление воробьёв привело к засилью саранчи и гусениц, а вследствие этого — к голоду 1960 года, когда погибли, по разным сведениям, от 10 до 30 млн человек. Мао скорректировал свою политику: «Не надо бить воробьёв, как результат мы лишь получили клопов. Лозунг такой: «Уничтожать крыс, клопов, мух и комаров»». В том-то и проблема всех авторитарных режимов, что, тотально уничтожая воробьёв, они получают клопов, которые мельче и живучее.

Не следует думать, что китайское политбюро наблюдало за этими фокусами молча: Мао далеко не сразу превратился в нового императора. Главнокомандующий Пэн Дэхуай, весьма популярный в армии, отметил, что ущерб от «Большого скачка» — и в частности, сталеплавильной кампании — превысил 2 млрд юаней. После поездки по стране он направил Мао личное, никак не рассчитанное на публичную дискуссию письмо, где осторожно, признавая великие достижения, намекнул и на великие провалы. Мао собрал политбюро и заявил, что если столкнётся с организованным сопротивлением, то уйдёт в горы и создаст из крестьян новую Красную армию.

Пэн пошёл на попятный, уверяя, что письмо «написано второпях», но Мао уже было не остановить. Поскольку нашлись партийцы, поддержавшие главкома, их объявили «антипартийной группой». «Если Освободительная армия не пойдёт за мной, — объявил Мао, — я пойду искать другую армию. Но, по-моему, она пойдёт за мной». Мао с истинно лисьей хитростью предложил Пэну личное примирение, но тот ответил, что говорить не о чем: оглашение личного письма показалось ему непростительным предательством. Мао созвал пленум ЦК и объявил поход против правого уклона, а членам оппозиционной группы посоветовал в своей манере «поесть перчику», то есть вкусить народного гнева. Пэна сместили с поста министра обороны и заменили верным соратником Линь Бяо. Которого низвергнут через 10 лет.

«ЯДОВИТАЯ ТРАВА» И «КУЛЬТУРНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ»

Дальше начинается самое интересное, то есть самое кровавое, — то, что и определило лицо председателя Мао в истории. После хитрого покаяния, вызванного провалом «Большого скачка», Мао начинает понимать, что большинство соратников готовы его предать и даже потребовать отставки. Тогда начинается «огонь по штабам», всекитайская истерия, ставка на молодёжь и абсолютизация культа — все то, что получило название «культурная революция». Началось с расправы над пекинским вице-мэром, историком и писателем У Ханем, который ещё в 1961 году написал пьесу «Разжалование Хай Жуя». Хай Жуй — чиновник XVI века, не боявшийся в лицо критиковать императора; в пьесе увидели намёк на отставку, в которую отправился правдолюбец Пэн Дэхуай.

Пьеса спокойно шла 4 года, пока на неё не ополчилась четвертая жена Мао, Цзян Цин: в ноябре 1965 года она устами нанятого критика назвала пьесу «ядовитой травой». Среди кошмаров китайского тоталитаризма особенно прелестны все эти фольклорные образы, ссылки на пословицы и прочая метафорика, такие себе кровавые виньетки и завитки. Все это тем интереснее, что в 1959 году сам Мао говорил, что «Китаю нужно было больше Хай Жуев», но шесть лет спустя никакие попытки вступаться за У Ханя уже ни к чему не привели, и он умер в тюрьме после четырёхлетних поношений (посмертно, конечно, реабилитирован).

Смотрите так же:  Что можно подарить учителю мужчине физруку на день учителя

В июле 1966 года Мао совершил свой легендарный заплыв по реке Янцзы, доказав тем идеальное здоровье, а уже 5 августа опубликовал дацзыбао (политическую прокламацию) «Огонь по штабам!» Ситуация была зеркальна относительно троцкистского «нового курса»: в 1923 году Троцкий попытался опереться на молодёжь и ударить по руководству, находясь в оппозиции, — 43 года спустя Мао громит оппозицию, опираясь на подростков. Партия обуржуазилась. Молодёжь призвана её почистить. Через головы соратников председатель обратился к так называемым хунвейбинам — это китайское слово в шестидесятые стало не менее популярно, чем «спутник». «Хунвейбины» в переводе — «красные гвардейцы». 8 августа вышло постановление ЦК КПК о Великой пролетарской культурной революции. Оно беззастенчиво льстило молодёжи: «Отважным застрельщиком выступает большой отряд неизвестных дотоле революционных юношей, девушек и подростков. Они напористы и умны. В таком великом революционном движении им, разумеется, трудно избежать тех или иных недостатков. Однако их революционное главное направление неизменно остаётся правильным».

ХУНВЕЙБИНОВ БОЯЛИСЬ ВСЕ

Под правильным направлением подразумевалось публичное — и особенно удивительное для Китая, где всегда существовал конфуцианский культ почтения к старости — глумление над университетской профессурой, насилие над интеллигенцией в целом, нападения на партийцев и чиновников, объявленных правыми ревизионистами. Растление китайской молодёжи зашло весьма далеко: в хунвейбины принимали с десятилетнего возраста, самые маленькие оказывались самыми звероватыми. Молодая гвардия председателя Мао имела право безнаказанно пытать кого угодно. Хунвейбинов боялись все, поскольку у подростков нет тормозов и не всегда хорошо с совестью. Министр общественной безопасности Се Фучжи прямо так и сказал: «Стоит ли арестовывать хунвейбинов за то, что они убивают? Я думаю так: убил так убил, не наше дело… Мне не нравится, когда люди убивают, но если народные массы так ненавидят кого-то, что их гнев нельзя сдержать, мы не будем им мешать…» Хунвейбины, волю почуя, перешли всякие границы, и в результате в Ухани их пришлось усмирять государственными войсками; посланный на усмирение мятежа генерал Чэнь Цзайдао перестарался и арестовал самого Се Фучжи, из-за чего был смещён с руководства военным округом, но уже в 1972 году реабилитирован.

Хунвейбины успели погулять знатно. Но эта китайская опричнина, как всякая опричнина, закончилась довольно бесславно — в 1967 году их отряды начали самораспускаться, а в 1968-м пять их руководителей были публично расстреляны. К 1970 году порядка 10 миллионов хунвейбинов были сосланы в деревню на перевоспитание и перевоспитывались целое десятилетие, пока не были прощены. После этого многие из них публично каялись. И как Иван Грозный после 1572 года не терпел упоминаний про опричнину, так и Мао после 1970-го старался не вспоминать о том, как его Красная гвардия громила пекинскую оперу, заменяя её оперой современной, преимущественно авторства Цзян Цин и её присных.

В СССР движение хунвейбинов приобрело особую популярность — с обратным знаком, разумеется, — в силу того, что очень уж неприлично звучало слово, над чем и поиздевался Высоцкий; но песни о хунвейбинах успели сочинить и Ким, и Городницкий, и — сильно позже — «Ляпис Трубецкой». Многих в Советском Союзе вдохновлял этот опыт, и отдельные горячие головы собирались использовать молодёжь против диссидентов и неформалов (именно этот замысел, говорят, вдохновлял силовых покровителей «люберов»), но советская молодёжь оказалась то ли сытее, то ли значительно ленивее — ни одна попытка вырастить новых хунвейбинов, включая «Наших» и «Молодую гвардию», не увенчалась успехом. Все-таки тут вам не Китай.

В России никто искренне не верит ни в осаждённую крепость, ни в великий разум главы. В китайском фильме о «культурной революции» «Под жарким солнцем» изображён мальчик, мечтающий стать героем новой мировой войны и бороться в первую очередь против СССР. Покажите мне сегодня такого мальчика — его нету, нету даже среди активистов проправительственных молодёжных организаций. Цинизм — это очень плохо, но это и гарантия от хунвейбинства. Не видать нам ни погромов в университетах, ни экономического взрыва.

Кто как, а я благодарен русской судьбе.

В семидесятые Мао страдал паркинсонизмом и дряхлел. Но это не мешало ему наращивать военную риторику и пугать мир китайской экспансией. «Землю мы захватим, а добираться до солнца нам пока рано» — слова, нагнавшие паники не только на соседние страны, но и на Штаты. Как это всегда делается, лучшим способом отвлечения от внутренних проблем стала внешняя экспансия, пусть только словесная, плюс идеология осаждённой крепости. В этом у Мао не было конкурентов. Война становится в это время главным лозунгом его политики, потому что подстегнуть измученную, разуверившуюся и голодную страну больше было нечем.

В 1974 году у Мао появились признаки бокового амиотрофического склероза — мучительной болезни, постепенно приводящей к полному параличу, в том числе и дыхательных мышц. Он лишился даже последней радости — плавания в бассейне. Интеллектуально, однако, он сохранял главную способность — к формированию лозунгов, в которых существенную роль, как всегда, играли числительные. Он выступил с концепцией трёх миров, каковой термин мы активно используем поныне. Первый мир — сверхдержавы: СССР и США. Второй — развитые капстраны: Европа и Япония. Третий — Китай, Латинская Америка, Африка: те, за кем будущее. Догнать капиталистов в ближайшие 50 лет нереально. От мысли сравняться с Англией и Штатами Мао отказался так же, как Ленин в своё время от мировой революции. Задача третьего мира — нащупать третий путь, который будет равно отличаться и от капиталистического тупика, и от выродившегося коммунизма. Эта концепция посейчас имеет многочисленных сторонников. В ООН её докладывал Дэн Сяопин, которого Мао в последние годы вновь приблизил. Впрочем, маленький Дэн, которого он ещё в 1957 году рекомендовал Хрущёву как самого умного в делегации, даже во время «культурной революции» отделался покаянием в бумажном колпаке: пыток к нему не применяли, ограничились тем, что самого сослали на завод рабочим (ненадолго), а сына выбросили из окна третьего этажа, оставив на всю жизнь калекой. Однако с 1974 года Дэн вернулся в большую политику и постепенно стал серым кардиналом при умирающем председателе.

К 1980 году, уже после смерти Мао, Дэн сосредоточил в своих руках всю власть. Началась умеренная демаоизация. Мао как лежал, так и лежит в мавзолее в центре Пекина, считается основателем народной армии и государства в целом, а Дэн Сяопин все с той же страстью к числительным провозгласил, что Мао был плохим на 3/10, но на 7/10 — хорошим. КПК осталась у власти, что никак не мешает стремительному росту китайской экономики. Студенческое восстание 1989 года было жестоко подавлено, зачинщики тяньаньмэньских волнений расстреляны, и все, кто питал иллюзии насчёт китайской перестройки, принуждены были разочароваться. С тех пор, как сказал автору этих строк нобелевский лауреат Кадзуо Исигуро, Китай доказывает всему миру, что свобода вовсе не обязательна для процветания, да и вообще не входит в набор базовых потребностей современного человека.

Дмитрий Быков // «Собеседник+», №6, июль 2019 годаa

Пожалуй, это самая известная пара гангстеров в истории. Между 1932 и 1934 годом, в разгар Великой депрессии, они прошли путь от мелких воришек до всемирно известных грабителей банков и убийц. Даже стали народными героями. А с чего вдруг?

Человечество запоминает только те истории, которые совпадают с его представлениями о себе, с главными мифологическими сюжетами, которых, в сущности, немного. Борхес выделял всего три — странствие хитреца, осада города (вообще война) и самоубийство Бога. Поскольку в жизни его любовь занимала не очень большое место, любовные сюжеты тут вообще не упомянуты: Золушка, например (из грязи в князи). Между тем один из самых устойчивых и характерных сюжетов, благодаря которым человечество понимает о себе что-то главное,— бегство любовников; любовь, превращающая несчастную парочку в абсолютных изгоев. Любовь такой силы, что ничего не остаётся, кроме как бежать, или бегство такой отчаянности, что героям не остаётся ничего, кроме как стать любовниками. Как у Окуджавы: «Все влюблённые склонны к побегу, по ковровой дорожке, по снегу, по камням, по волнам, по шоссе, на такси, на одном колесе, босиком, в кандалах, в башмаках, с красной розою в слабых руках».

История Бонни и Клайда запомнилась нам такой, хотя в действительности выглядела иначе. Самое интересное — это именно то, где и как её подкрасил миф. В нашем цикле историй о великих парах это как будто исключение — мы же всё больше о художниках. Но, во-первых, Бонни Паркер сочиняла стишки, и недурные. Во-вторых, они были художниками своего дела, хоть это и кощунственно звучит в разговоре об убийцах и грабителях. Художниками не в том смысле, что убивали как-то особенно артистично — в этом плане всё было совершенно по-дилетантски,— нет, просто они руководствовались не скучной корыстью, жаждали славы, как всякий истинный маньяк, и вся их бурная двухлетняя одиссея — продолжение модернистских стратегий жизнестроительства: их не бабки интересовали, а создание собственного мифа. Это их никак не оправдывает, но и следователь обязан понимать мотивы, а не только подсчитывать трупы. В-третьих, они давно уже герои культуры, символы, их история дала старт целому жанру — так что это история о культуре, а не о грабежах, хотя истинное искусство всегда противозаконно.

Я категорически против эстетизации насилия. Что бывает с такими эстетами — наглядно демонстрирует лучший фильм Стоуна «Прирождённые убийцы», где очередной жертвой стреляющей парочки (слава богу, его хоть оставляют в живых) становится как раз журналист, громче других воспевающий их подвиги. И это всегда так бывает, в том числе с самыми верноподданными певцами бандитствующих режимов: Стоун тогда лучше понимал жизнь — возможно, потому, что сценаристом у него был Тарантино, который так возмутился режиссёрским вмешательством, что вообще снял фамилию с титров. Эстетизировать не будем, попробуем понять другое. Это другое в своей статье про Бонни и Клайда — к 60-летию их гибели — сформулировал когда-то культуролог и документалист Андрей Шемякин: интересней всего, почему в 1932 году они были народными героями, а в 1934-м — антинародными изгоями. А народным героем, напротив,— их убийца рейнджер Фрэнк Хеймер. Это, кстати, путь почти всякого художника: до какого-то момента он совпадает с народными чаяниями, а трагедия его начинается тогда, когда либо он вырастает над собой, либо народ уходит в другую сторону. В данном случае Новый курс Рузвельта принёс первые результаты, ослабела Великая депрессия, и кумиром масс перестал быть бандит, грабящий банки. В фильме Артура Пенна, который до сих пор остаётся лучшим, эта тема как раз акцентирована: сначала от Бонни и Клайда многие в восторге, и прежде всего разорившиеся фермеры, у которых эти самые банки отбирают дома. И фильм этот, вызвавший в 1967 году негодование большинства критиков, в 1968-м становится хитом и едва ли не самым успешным проектом Уоррена Битти, притом что это его продюсерский дебют: мир сотрясается, молодёжь восстаёт, Бонни и Клайд становятся чуть ли не символами контркультуры в одном ряду с Че Геварой, леваки призывают убивать представителей истеблишмента! Тот, кто вовремя почуял революцию (а художники в этом смысле более чутки, чем продюсеры), срывает все цветы. Хотя тут тоже есть свои риски.

Началась эта история в январе 1930 года, когда Бонни и Клайд познакомились на дне рождения у подруги; в активную фазу она вступила, когда Клайд, отсидев за несколько грабежей (ему добавили за убийство другого заключённого в драке, но пожалели за примерное в целом поведение), в феврале 1932 года вышел из техасской тюрьмы Истхэм. Его сестра говорила, что в тюрьме, должно быть, с ним произошло что-то ужасное; его приятель из числа заключённых Ральф Фултс вспоминал, что на его глазах Клайд Бэрроу превратился из подростка в гремучую змею. Это лишний раз доказывает бесперспективность и даже вредоносность тюрем в деле исправления нравов; техасской пенитенциарной системе Клайд отомстил два года спустя, напав на тюрьму Истхэм и устроив массовый побег оттуда. Техасское управление исправительных заведений давно не получало таких жестоких уроков. И правильно, я считаю. Всё остальное неправильно, а тут он действовал по справедливости.

Клайду к моменту освобождения исполнилось двадцать три. Он отлично взламывал сейфы и профессионально водил машину. Он сильно хромал, потому что в тюрьме отрезал себе два пальца на ноге, чтобы не выходить на работу; это его тоже характеризует как довольно безбашенного малого, да, собственно, и по фотографиям всё видно. В шестнадцать лет он пухлый и благонравный, хотя уже немного грабил, а в двадцать два абсолютный волк и не улыбается, а скалится.

Вспомнив о Бонни, он решил вовлечь её в банду, а то скучно же. У Бонни к тому времени был опыт неудачного замужества — она выскочила замуж в шестнадцать лет, а начался их роман с Реем Торнтоном, когда ей вообще было пятнадцать; из-за него она бросила школу. Кстати, училась она прилично и отличалась бурной фантазией, а также хорошим литературным стилем; она писала стихи. Она была довольно хорошенькая, и на некоторых фотографиях это даже видно, хотя часто её портит гримасничанье и некоторая общая хмурость. Росту в ней было чуть более полутора метров. Кстати, Рей Торнтон тоже вступил на путь преступления и сел на пять лет, но, узнав о смерти Бонни, сказал: «Славно они повеселились. Жаль её, но лучше кончить так, чем попасться».

Примерно с начала апреля 1932 года Бонни присоединяется к Клайду и его приятелю Ральфу; 19 апреля они пытаются ограбить небольшой магазин и попадаются. Клайд ускользнул — ему никак нельзя было попадаться,— а Бонни и Ральф получили по два месяца. Фултс после этого завязал, а Бонни, напротив, разгорячилась и ожесточилась: когда она в начале августа навещала мать, Клайд напился и в баре соседнего городишки Стрингтаун расстрелял шерифа, а его помощников ранил. Он унёс ноги, и 11 октября они с Бонни убили владельца магазина, из кассы которого забрали 28 долларов. Скоро у них появился свой механик — Клайд знал его ребёнком: это был Уильям Дэниел Джонс, которому в 1932 году было всего шестнадцать. Поскольку на момент выхода фильма он был ещё жив (дожил до 1974 года), в фильме его назвали Моссом. История Джонса по-своему увлекательней и, если хотите, трагичней, чем случай Бонни и Клайда. Вот бы про кого делать фильм с моралью «кому суждено быть повешенным, тот не утонет». Джонс отлично водил, разбирался в технике и во всём слушался Клайда. 6 января 1933 года банда Бэрроу, как её называли впоследствии, попала в ловушку, расставленную для совершенно других людей, и, ловко отстреливаясь, убила шерифа округа Таррант Малкольма Дэвиса. Это был пятый труп на их совести. Впрочем, уже после первого Бонни повторяла, что, кроме смерти, у них выхода нет и что движутся они к ней быстро.

22 марта 1933 года старший брат Клайда Бак освободился из тюрьмы, куда загремел за ограбление в Дентоне, штат Техас. Тоже интересный был человек Бак Бэрроу: за ограбление он получил четыре года, но в 1931 году, отсидев полсрока, сбежал. То есть как сбежал? Просто вышел из ворот тюрьмы и умудрился как-то спереть карабин охранника. Он был романтический парень, поехал немедленно в западный Даллас, где жила его возлюбленная Бланш Колдуэлл. Бланш он крепко любил, у них была, что называется, страсть с первого взгляда. Он приехал жениться. Бланш согласилась, и примерно год они скромно жили, понемножку грабя (она помогала), но преступная жизнь ей скоро надоела. Она настояла, чтобы Бак, её возлюбленный, досидел срок и остался чист перед законом, после чего они начнут с чистого листа. Она сама отвезла его в Хантсвильскую тюрьму, где он сдался властям, чрезвычайно изумлённым: его толком и не разыскивал никто. За побег ему два года набавили, но по случаю добровольной явки и в связи с кампанией техасского губернатора Фергюсона по разгрузке тюрем он был вчистую помилован в марте 1933 года. По случаю его освобождения младший брат закатил многодневную пирушку, для каковой цели Бэрроу сняли двухэтажный дом в Джоплине, штат Миссури. Первый этаж — гараж, второй — жилой. Они играли в карты, выпивали в день по ящику пива, немного грабили. Бак и Бланш вошли в банду, причём Бланш периодически пилила Бака (в фильме ей не повезло — она одобрила сценарий, но героиню, которую сыграла Эстелла Парсонс, обозвала «крикливой конской жопой»). Она была единственной в банде, кто никогда не брал в руки оружия. Кстати, она была гораздо красивей, чем Бонни. Она дожила до 1988 года.

Дом привлекал их тем, что других зданий по соседству не было, но кто-то из обитателей Джоплина заподозрил, что в нём нечисто, раздаются выстрелы, слышны кутежи, и, должно быть, там гнездятся бутлегеры. После трёх недель всего этого веселья к ним нагрянула полиция, они стали отстреливаться, убили детектива, смертельно ранили констебля и тяжело — ещё трёх полицейских. Пришлось им бежать в Миннесоту, бросив в Джоплине всё имущество, в том числе бумаги Бака о полном помиловании, фотоаппарат с наполовину отщёлканной плёнкой (так у полиции оказались портреты всей банды), а также стихотворение Бонни «История самоубийцы Сэл», тут же напечатанное в «Джоплинском глобусе». Был соблазн перевести для вас эту надрывно-блатную балладу, но она слишком похожа на тысячи примеров русского шансона о любви, преступлениях и неверности; представьте себе такой шансон, с очень плохими рифмами, со всем детским надрывом, и вы получите полное представление о стилистике Бонни Паркер. Бонни очень гордилась, что её напечатали и что их фото попали в прессу. Это, собственно, и был главный успех в её короткой, но, безусловно, яркой жизни.

При побеге был тяжело ранен молодой Джонс. Пуля попала ему в левый бок. Бонни его перевязывала, вливала в рану алкоголь, что было невыносимо больно, и отпаивала аспирином, похищенным на ближайшей заправке. Клайд сказал, что рану надо прочистить. Он слышал, что, если пуля прошла навылет, надо что-нибудь просунуть в рану насквозь и протащить туда-сюда несколько раз, тогда уж наверняка поможет. Он сорвал ветку вяза и протащил её сквозь дыру в боку Джонса. Джонс отлежался, но понял, что эти игры не для него. С этого дня он искал шанс сбежать, и две недели спустя этот шанс ему представился.

Братья Бэрроу присмотрели себе автомобиль «шевроле» и послали малыша Джонса его угнать. Малыш Джонс сообразил, что это его шанс, и удрал. То есть машину-то он угнал, да, но поспешил отъехать на ней на 130 миль и бросил её в Арканзасе. Оттуда он через некоторое время вернулся в Даллас, в семью. 8 июня 1933 года он мирно шёл по шоссе, когда около него остановилась машина Бонни и Клайда.

Дело в том, что после его побега Клайд был безутешен. Ему казалось, что другого такого механика им вообще никогда не найти, и вообще малыш приносит удачу. Бак как старший и менее склонный к иллюзиям ему сразу сказал, что извини, парень, но малыш свалил и это для нас большое облегчение, совесть будет чище. Но Клайд не верил, он искренне считал, что малыша или преследовали, или ещё как-то заставили, а так-то он непременно вернётся, только и ждёт этого шанса. И тут, значит, он идёт по шоссе. Клайд остановился.

— Садись в машину,— сказал он Джонсу.

Тот послушно влез на сиденье.

— Ты хочешь остаться с нами?— спросил Клайд.

— Нет,— ответил малыш.

— А придётся,— сказал Клайд и рванул с места. С тех пор, хотя у них в распоряжении были уже две машины, он всегда сажал малыша с собой.

Смотрите так же:  Какой подарок на день святого валентина

С мая 1933 года их репертуар пополняется похищениями; это уж чистое, бескорыстное искусство — они брали заложников, выпускали их подальше от дома, давали с собой бабок на возвращение — и всё для того, чтобы про их доброту и щедрость рассказывали полицейским, соседям и журналистам. Диллард Дарби и Софи Стоун, его девушка, поехали кататься на новой машине. Бонни тоже понравилась эта машина. Они её похитили, а владельцев на ней же прокатили, причём были очень дружелюбны. Ну вы же понимаете, сказали они, нам нужна ваша машина. Она нам нужней. И у похищенных начиналось нечто вроде стокгольмского синдрома: им так было радостно, что их не убили, что сам факт похищения уже как-то переставал их волновать. Когда их высаживали в чистом поле ночью далеко от дома, они долго махали вслед похитителям. Потом, правда, до них доходило, и они начинали ссориться: это всё ты виноват!— нет, ты! А те, кто были виноваты на самом деле, давно уехали, выкинув их на ночной дороге. Но это всегда так: когда тебя схватили, а потом помиловали, ты вымещаешь зло на родне или партнёре, а помиловавших вспоминаешь добрым словом. Вся наша жизнь так построена, но показано это впервые в фильмах про Бонни и Клайда.

10 июня 1933 года Клайд сильно гнал и не заметил знака «Дорожные работы». Машина перевернулась в воздухе и плюхнулась на бок, треснул аккумулятор, кислота попала на правую ногу Бонни. Ожог был от бедра до лодыжки, и кислота так разъела ногу, что местами виднелась кость. Бонни никогда уже не оправилась от этой катастрофы. Теперь они с Клайдом хромали оба. Джонс утверждает, что для спасения Бонни Клайд несколько раз всерьёз рисковал жизнью.

19 июля 1933 года в штате Миссури Бак, Бланш и Джонс отправились добывать еду и лекарства для Бонни. Аптекарь позвонил шерифу, полицейские их обстреляли, и Бак был ранен в голову, а Бланш едва не потеряла зрение — ей в глаз ударил осколок. В голове у Бака образовалась огромная дыра, мозг был виден, но временами он бывал в полном сознании и даже ел. Он был крепкий малый, Бак Бэрроу, и умер только десять дней спустя. Банда попала в засаду около заброшенного парка аттракционов в штате Айова, оттуда Бонни, Клайд и Джонс ускользнули, а Бака ранили в спину, и Бланш осталась с ним. Его доставили в больницу и стали допрашивать, обколов опиатами. Он сказал, что от боли в голове помогает аспирин, а вот рана в спине очень болезненна. Между тем рана в голове загноилась, и от неё исходило такое зловоние, что близко к Баку нельзя было подойти. Однако он был в сознании, болтал с врачами.

У него развилась пневмония. Далласский шериф написал матери Бака и Клайда и обещал оплатить проезд в Айову. Вскоре после её прибытия Бак начал бредить, впал в кому и умер 29 июля. Клайд узнал о смерти брата и в письме предупредил, чтобы камня на могиле пока не ставили, потому что скоро он последует за ним. А когда последует, пусть на могиле напишут: «Ушли, но не забыты».

Что и было исполнено.

Малыш сбежал осенью, 7 сентября. Шансы были и раньше, но он рыцарственно ждал, пока Бонни хоть немного сможет передвигаться (хотя большей частью она скакала на левой ноге) и Клайд придёт в себя после смерти брата. Тут они украли новую машину, и Клайд послал малыша заправляться. Он дал ему 2 доллара 12 центов. Джонс залил несколько литров, сел в машину, проехал десяток миль, бросил её и сбежал. Добравшись до дома матери в Хьюстоне, он принялся за сбор хлопка и овощей, ведя жизнь тихую и незаметную, но в ноябре был арестован. По собственным воспоминаниям, за решёткой он наконец почувствовал себя в безопасности. Полиция надеялась, что Клайд его освободит, но Клайду было уже не до него. Его судили, приговорили за соучастие в убийстве к пятнадцати годам, простили через шесть лет — и тут мы с ним расстаёмся, чтобы вернуться к его судьбе несколько позже.

. Отношение к Бонни и Клайду в Штатах, в народных массах, поначалу было самое дружелюбное, потому что во времена экономических спадов преступник, взявшийся за оружие, вызывает симпатию у тех, кто тоже хотел бы таким образом отомстить за свою поруганную жизнь, но семья, законопослушность, то-сё! Главными героями 90-х в России стали бандиты, но это не потому, что они были как-то ужасно обаятельны, нет, просто экономика рухнула на 40 процентов, примерно как во время Великой депрессии, перестроечная эйфория закончилась в момент, и страна полюбила тех, кто назло государству стал добывать себе хлеб и масло грабежами. Считалось, что многие бандиты были в душе Робин Гудами — грабили богатых, и кое-что даже перепадало бедным. А потом с депрессией стали справляться, и главными героями 30-х стали шерифы, а главными героями второй половины 90-х — силовики. Об этом сняты кинобиографии Бонни и Клайда, а также фильм «Бригада», очень похожий на них по стилистике. Любопытно, что сценарист «Бонни и Клайда» Бентон стал культовым режиссёром, и примерно та же судьба ждала Александра Велединского: они и внешне похожи, такие шкафы.

Одним из основных пунктов Нового курса, предложенного спасителем Америки Рузвельтом, было строительство дорог. Бонни и Клайду это было очень на руку, потому что они первыми по-настоящему моторизовались. Как главной героиней Гражданской войны стала тачанка, так главным инструментом бандитов 30-х стало не столько огнестрельное оружие, сколько автомобиль. Бонни и Клайд удирали из одного штата в другой, а полномочия шерифа на границе штата кончались, и до известного предела это обеспечивало им неуловимость. Но строительство дорог — палка о двух концах: сбежать-то легче, но депрессия-то заканчивается. И начинается упорядоченная жизнь, в которой работать престижнее, чем грабить; стабилизация не предполагает симпатии к бунтарям, хотя бунт Бонни и Клайда имел очень уж специфический вид. Примерно к середине 1934 года на прославленных гангстеров начинают смотреть примерно как Тартаковский на Беню Крика: «Хорошую моду себе взял — убивать живых людей!»

Вдобавок они совершенно не занимались благотворительностью. Это было их существенное упущение. Если бы они хоть небольшой процент своих заработков (тоже, кстати, не ахти каких — грабили они по-дилетантски) торжественно отдавали бедным, а бедные потом делились своей благодарностью с журналистами,— участь Бонни и Клайда была бы иной. Их бы, может, даже прятали. Но ничего подобного — они мстили всему человечеству, а не только богатеньким. Им ещё была неведома великая сила публичной благотворительности, которая в наши, например, времена искупает любые грехи: если помогаешь бедным и больным, можешь вступать хоть в (вычеркнуто самоцензурой) — ты всё равно кумир, ещё и жертвующий репутацией ради помощи страдальцам. Бонни и Клайд плевать хотели на страдальцев, они не любили человечество. Это, между прочим, в моих глазах скорее достоинство, но я же не народ.

А их гораздо больше возбуждали личные отношения, с которыми, кстати, всё было непросто.

В фильме Пенна ситуация несколько упрощена: там Клайд сделан импотентом, у которого долго ничего не получается (поэтому, вероятно, он такой злой — как Печкин без велосипеда), а потом Бонни как-то так умудрилась его приласкать, что после года совместных грабежей и побегов у него вдруг всё получилось, и роман стал полноценным, жаль ненадолго.

В действительности банда Бэрроу являла собой сложный клубок страстей: Клайд был бисексуалом, а по одной из версий, в тюрьме его изнасиловали, и убитый им сокамерник был вовсе не доносчиком, как говорил сам Клайд, а насильником. Рей Гамильтон, вступивший в банду Бэрроу в начале 1934 года, был общим любовником Бонни и Клайда. Гамильтон был человек интересный. Его любовница Мэри О’Дэйр тоже участвовала в делах банды, судя по автобиографической книжке Бланш «Моя жизнь с Бонни и Клайдом». Сам он был арестован и приговорён к 362 годам тюрьмы за участие в убийстве детектива и констебля в Джоплине (сам он утверждал, что никого не убивал,— стреляли они оба с Клайдом, и кто попал, неизвестно). Бонни и Клайд совершили давно обещанное нападение на Истхэмскую тюрьму 16 января 1934 года: Гамильтон бежал, а вместе с ним двадцатидвухлетний грабитель Генри Метвин, отбывавший там десятилетний приговор за грабежи, и трое его подельников. Клайд вообще-то имел в виду освободить только друга своего Гамильтона, но Метвина и остальных широким жестом принял в банду. Тоже получилась палка о двух концах: с одной стороны, они были опытные воры и спёрли для Бэрроу порядочно оружия и боеприпасов, ограбив арсенал Национальной гвардии в Рейнджере, штат Техас (представьте, есть такой город-двухтысячник). Дерзкая ночная операция была проведена через три дня после освобождения, и разработал её Метвин. А с другой стороны, он был, что называется, честный вор, убийства были не по его части, и, с его точки зрения, Бонни и Клайд были банальными беспредельщиками. Они вообще не пользовались любовью американского преступного мира, потому что убивали без особенной необходимости, частью ради удовольствия, частью ради пиара, а частью просто потому, что так получалось. Ну и Метвин принял для себя решение, что покинет банду при первой возможности. Для начала он попросил завезти его к отцу в Луизиану, повидаться. Был шанс нарваться на засаду, но Клайд согласился. После этого, видимо, Метвин окончательно решил соскочить, но не было случая. Он поучаствовал ещё в двух ограблениях — в Техасе и Канзасе — и в двух убийствах. Один раз они во время ограбления уложили двух охранников, в другой у них машина увязла в грязи, мимо ехал патруль, остановился поинтересоваться, и они, не вступая в диалог, убили констебля и тяжело ранили полицейского. Констебль был отцом-одиночкой. Если у кого-то из населения Техаса и окрестностей ещё были к тому моменту симпатии к Бонни и Клайду, после этого идиотского и зверского убийства они испарились.

Финал близился, это понимали все. Но перемещения банды Бэрроу были непредсказуемы, и взявшийся за их уничтожение Фрэнк А. Хеймер, техасский рейнджер, с пятьюдесятью тремя убитыми преступниками на счету и семнадцатью пулями, выпущенными в него за двадцать лет успешной работы, никак не мог их подкараулить. Он собрал собственную банду — шестёрку отчаянных мстителей, великолепную во многих отношениях, но Бонни и Клайд ускользали. 19 мая в Луизиане Метвина отправили за сэндвичами, остальные ждали в машине. Тут же к забегаловке подъехала полицейская машина — с самой мирной целью поужинать. Клайд ударил по газам, оставив Метвина в забегаловке. Тот автостопом добрался до родительского дома и там сообщил своему папе Айвену, что они договорились встретиться с Бэрроу на пустынном участке шоссе близ городишки под райским названием Аркадия, банк которого они планировали выпотрошить 23 мая. Айвен к тому времени уже давно находился под присмотром и прессингом полиции. Он сообщил о предстоящей встрече луизианскому шерифу Джордану Хендерсону, а тот был одним из участников великолепной шестёрки и всё передал Хеймеру. Айвен поставил условие: за то, что он выдаст план шайки, его сына гарантированно спасут от смертной казни, тем более что мальчик никого не убивал. Ему это пообещали. А в курсе ли сделки был сам Метвин-младший — об этом нам ничего не известно, однако большинство считает, что в курсе.

Свежим утром 23 мая Метвин-старший остановил свой грузовик в условленном месте на шоссе близ Аркадии и сделал вид, что меняет колесо. Бонни и Клайд остановились рядом. Клайд вышел из машины, Бонни осталась внутри. Хеймер дал знак, рейнджеры из кустов открыли огонь, машину издырявили, в Бонни попало 17 пуль, в Клайда — 26. «Ненавижу стрелять в женщин, да ещё и сидящих,— пояснил позднее Хеймер,— но если б мы не убили этих двоих, они убили бы нас». Сходным образом высказался один из шестёрки, Тед Хинтон: «У нас с ней был роман. Жалко, что я её убил. Она мне нравилась».

В машине Бонни и Клайда был обнаружен целый арсенал, включая автоматы, винтовки и пистолеты. Непонятно откуда немедленно набежали зеваки. Они тут же полезли в машину: окровавленное платье Бонни немедленно изрезали на сувениры, кто-то отстриг прядь волос, тоже в крови, Клайду пытались отрезать левое ухо и указательный палец на правой руке — тот, которым он нажимал на курок. Рейнджеры были оглушены собственной пальбой и вмешались не сразу. Население городишки с двух тысяч за сутки увеличилось до двенадцати тысяч. Тела Бонни и Клайда были в голом виде выставлены на всеобщее обозрение. И вот интересно: помните похищенную ими Софи Стоун, у её бойфренда угнали машину, и потом стали их в ней катать, после чего выбросили? Так вот, Софи Стоун служила в похоронной конторе, готовила трупы к церемонии прощания. И Бонни ей сказала: ха-ха, ну, может, ты мне ещё послужишь. И что же вы думаете? Именно Софи Стоун выпало готовить её к погребению! Выходит, Бонни всё-таки была поэт и обладала неким даром предвидения. Но это далеко не самое увлекательное в их посмертной истории.

Бонни и Клайд хотели, чтобы их похоронили вместе, но семья Клайда воспротивилась. Его похоронили рядом с Баком под той самой надписью — «Ушли, но не забыты». А мать Бонни похоронила её отдельно, хотя неподалёку, и сделала на могиле надпись: «Как цветы становятся краше благодаря солнышку и росе, так мир становится ярче благодаря ребятам вроде тебя». Ну что, не поспоришь. Значительно ярче.

Никакую мораль из этой истории не вытащишь, хотя попытаться можно. Ну, например: народ очень любит, чтобы у него был преступный герой, но ещё больше любит сдавать, закладывать этого героя и резать его на сувениры. Все с наслаждением следят за одиссеей Бонни и Клайда, но с замиранием сердца ждут, когда их поймают или застрелят. И ещё, конечно, отсюда следует одна довольно нестандартная мысль. Не думаю, чтобы даже сценаристам фильма, в котором эта история как раз прочитывается, она приходила в голову. Но смотрите: у Бонни и Клайда всё получалось, пока они не спали вместе, пока не любили друг друга. И Клайд её действительно не любил, пока она не обварила кислотой ногу: вот тогда, заботясь о ней, он впервые почувствовал в себе нечто человеческое, и секс у них начался позже, и как только началась между ними любовь, так удача и начала изменять им. Потому что, если любишь, ты всегда уязвим, и Клайду с какого-то момента уже неинтересно было убивать. Он честно надеялся, что они с Бонни заживут когда-то нормальной жизнью.

Бонни-то с самого начала всё понимала. У неё были неплохие стихи. Вот «Баллада о Бонни и Клайде», там такой рефрен: это хорошо, мрачно придумано — дорога сужается, она всё темней и темней. Жизнь устроена мрачно, и любые влюблённые на ней обречены, пока не станут как Бонни и Клайд. Потому что мир всегда беспощаден к другим, не таким, хотя и к обычным он беспощаден. И тогда у вас есть один путь — превратиться в Бонни и Клайда, потому что тогда у вас перед смертью будет хоть вспышка чего-то необычного. Так она это себе рисовала.

Конечно, всё это не более чем самоутешение красивой, влюбчивой и глупой бабёнки не без поэтического таланта, которой некуда деваться.

Но вот какие-то загробные возможности у них, видимо, есть, что породило миф о проклятии Бонни и Клайда. Мало кто из их преследователей умер своей смертью. Шериф Хендерсон, который, собственно, и передал Хеймеру координаты будущей засады, погиб в автокатастрофе, ему было чуть за шестьдесят. Генри Метвина приговорили к смерти, заменили пожизненным, шесть лет спустя помиловали, потом ещё пару раз ненадолго сажали за пьяное вождение, а потом вдруг 19 апреля 1946 года, тридцати шести лет от роду, он в состоянии сильного алкогольного опьянения шёл вдоль железнодорожных путей, и кто-то или что-то толкнуло его под поезд. Заговорили, что кто-то мстит за Бонни и Клайда, и забыли. Вспомнили, когда шестнадцать месяцев спустя таким же образом погиб его вообще-то непьющий отец. Но поскольку очевидцев не было и никто никого не подозревал, то эта версия так и заглохла.

Все участники великолепной шестёрки тоже умерли довольно рано — кто погиб, кого настигли болезни; всех пережил Хинтон, которого Бонни, по его признаниям, любила. Он-то и заявил в 1977 году, оставшись последним из команды Хеймера, что Айвен Метвин, папаша, давал свои показания не добровольно, что его вынудили, потому что церемониться было некогда — Бонни и Клайда следовало остановить любой ценой. Это не очень сильно смещает фокус их истории, но, по крайней мере, снимает с Метвинов упрёк в возможном предательстве: они не предавали, их заставили, было чем шантажировать.

Бланш ослепла на один глаз, отсидела шесть лет, вышла под тайный надзор полиции, в 1940 году получила предложение выйти замуж от Эдди Фрейзора и приняла его; дружила с братом Клайда и сестрой Бонни, часто ездила с ними на рыбалку. С её слов была записана книга о путешествиях с бандой Бэрроу, один из основных источников сведений о них; умерла она в семьдесят семь лет, пережив всех участников истории. Перед смертью говорила журналистам, что сейчас ей кажется, будто всю историю банды Бэрроу она прочла в какой-то книжке и всё это было не с ней вовсе.

Но интересней всего получилось с малышом Джонсом. Он после своих шести лет пытался социализироваться, даже хотел добровольцем пойти в армию в 1942 году, но, поскольку одна пуля так и сидела у него в груди невытащенной и обнаружилась только после рентгена, его не призвали. Ну, он как-то жил — в Хьюстоне, по соседству с матерью; женился, похоронил жену, подсел на обезболивающие, много пил. Когда вышел фильм, местное телевидение отвезло его на премьеру и запечатлело его монолог, адресованный сидевшим по соседству подросткам: «Вы что, ребята, думаете, что это прям была романтика? Прям гламур? Да это был ад!» Позже он подал в суд на «Уорнер бразерс», утверждая, что они в фильме оклеветали его — якобы персонаж, имеющий его черты, сдаёт Бонни и Клайда. Но поскольку персонажа звали иначе, делу не был дан ход. «Я так и знал, что в мире не добьёшься справедливости,— сказал он журналистам.— Но хоть попробовал».

А погиб он так: с подругой, с которой выпивал, отправился ночью к общему приятелю, чтобы их пустили на ночлег. А поскольку он был пьян и буен, общий приятель открыл огонь и тремя выстрелами уложил Джонса. «Трезвый-то он был очень милым человеком, но как выпьет — буйствовал,— пояснил друг.— Плюс репутация». Было это 20 августа 1974 года, малышу было пятьдесят восемь.

Вот про него можно было бы снять интересный фильм, и особенно ярко я вижу его финал. После этих трёх выстрелов малыш оказывается на том самом шоссе, и около него притормаживает автомобиль с Бонни и Клайдом. Бонни смотрит на него с состраданием, а Клайд — с такой улыбкой, которую сразу не разберёшь. Открывается дверь.

И малышу опять семнадцать лет, и бежать ему некуда.

— Что, малыш,— спрашивает Клайд,— хочешь поехать с нами?

Малыш понимает, что они поедут в ад, больше некуда. И честно отвечает:

— А придётся,— отвечает Клайд.— От нас ведь не убежишь.

И ударяет по газам. И под его хохот они исчезают в пламени, где ждут их все участники этой истории — включая Бака, Бланш и великолепную шестёрку.

— Ничего, малыш!— орёт Клайд.— Лучше так, чем всю жизнь никак!

И что возразишь, особенно если тебе семнадцать лет, ты ничего не видел, кроме Техаса, а в конце тебя всё равно шлёпнули за просто так?

Дмитрий Быков // «Story», №7(125), июль 2019 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *